Что творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортаж

«Вы же обещали закончить еще до нового года», – стоя в очереди «на лифт» говорит моложавый доктор уныло колупающему пленку лифтеру.

Тот в ответ лишь пожимает плечами, мол, обещали, но не сделали. На его лице читается даже не замешательство, а полное незнание ни процесса, ни его сроков, ни понимания того, что это девятиэтажная больница с кучей пациентов, которые едва ли могут ходить.

С такого диалога началась моя экскурсия в терапию Городской клинической больницы №1 на Красном Хуторе в Киеве. Побывала я тут и в качестве журналиста, и в качестве родственника пациента. Но обо всем по порядку.

Зайти в саму больницу и в отделение терапии на 7 и 8 этаже может любой. Без бахил и в верхней одежде, как это сделала я. Она немного странная, эта больница. На фоне «совковых» лестниц, дверей, каталок и лавок, встречаются элементы «цивилизации». То сверкнет пластиковое окно без ручек и с традиционно не снятой пленкой, то забелеет пластиковая дверь в отделение, то прошмыгнет медсестра в модном медицинском костюме с шикарным декольте.

Но все это меркнет, когда выглядываешь в окно или заходишь в отделение. Пациенты, мужчины и женщины, лежат прямо в коридорах. Мест в палатах якобы нет. Уточняю у старшей медсестры, прикинувшись родственницей больной, которую якобы должны сюда положить и спрашиваю о свободных местах. Она недоверчиво косится на телефон в моих руках и как-то неуверенно говорит, что мест таки нет.

Что творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортаж

Отступлю немного: в этом же отделении лежал мой родственник, в коридоре. И места в палатах были, точно знаю. Но сейчас не об этом. Заглянув мельком в палаты, мне действительно не довелось увидеть свободных кроватей. Может, на этот раз мне таки сказали правду.

Спрашиваю у пациентки, сидящей на кровати об «элитных» местах в палатах. Она вся щетинится и с вызовом отвечает мне, что мест нет и она первая на очереди. «Первое освободившиеся место – мое», – видя во мне потенциального конкурента на место в такой же обшарпанной палате без туалета и душа, говорит она.

Иду дальше по коридору. Лежат люди – кто-то спит, кто-то сидит на кровати. Между ними снуют такие же одетые, как и я «пришельцы», бригады «скорой». Создается ощущение хаоса, не больничного коридора.

Жуткие, в пятнах и дырах матрасы. Те койки, которые еще пусты, прикрыты выстиранными, нужно отдать должное, простынями. Даже как-то по-лагерному сложено одеяло и почти уголком стоит вялая подушка. Около каждой кровати обшарпанная тумба. Тут хранят свои «скарбы» коридорные больные. Тут и посуда, и лекарства, и мелкие «чаевые».

Что творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортажЧто творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортаж

Обед

Попадаю как раз на время обеда. Женщина вывозит из кухни каталку с ведрами. Каша, яйца, бурый чай. Посуды нет. Не представляю, как должны есть пациенты, у которых нет тарелки или ложки, и нет родных, которые принесут и посуду, и домашний бульон.

Что творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортаж

Я не знаю, какое оно все на вкус, но радует что хотя бы яйца есть, ведь их сложно испортить. И ими можно утолить голод.

Что творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортаж

Туалет

А вот тут самое интересное. Передо мной идет сухенькая женщина. Очень бледная, в шапочке. Подозреваю, что у нее онкология. Она еле-еле движется к туалету.

Там две кабинки, рукомойник и душ. Дальше ничего не буду описывать – просто достаточно посмотреть на эти фото.

Что творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортаж

Лестница

Каждый этаж – как лотерея. Вот эта старая деревянная дверь ведет в гинекологическую хирургию. Есть и поновее – но лишь дверь. Что за ней? Тот же чай, ведра, обшарпанные туалеты.

Что творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортажЧто творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортаж

О хорошем

Некоторые туалеты, в которые я заходила, не показались мне такими уж страшными. Более-менее чистые, во всяком случае острого желания фотографировать не возникло. Напомню, мы говорим просто о чистоте и отсутствии грибка, а не об одноразовых накладках, кранах для подмывания с горячей водой, специальных ручках для тяжелобольных пациентов.

В больнице меняют лифты. Видимо, должны были поменять до Нового года, но делают по сей день. Из четырех лифтов стоят два новых, но пока не работают.

Что творится в киевской больнице на Красном Хуторе: фоторепортаж

Главный врач больницы

Первый этаж в больнице отремонтирован и по опыту знаю, что в порядке живой очереди можно попасть на прием к травматологу и не за «все деньги мира» сделать рентген, который за небольшое вознаграждение расшифрует врач.

К той самой очереди возле лифта присоединяется бригада из «скорой» – трое взрослых больших красивых мужчин. Уставшие, серые какие-то, осунувшиеся с затрапезными чемоданчиками. Но в теплых куртках. Пробежавшись по морозу и глядя на их красивые усталые лица, мысленно радуюсь, что хотя бы куртки у них теплые. И что смена кончилась и скоро они пойдут домой в тепло.

А вот у нынешних и будущих пациентов смена не кончается. Им тут лежать. На вонючих матрацах, покрытых застиранными простынями, есть больничную еду из казенной посуды, смотреть на серые грибковые стены и снующих людей. У них смена пока не кончается. А кто-то после «смены» и вовсе не попадет домой. Последнее, что он увидит, будет этот покрытый плесенью «совок», кусками завернутый в подарочную блестящую бумагу.

Давайте что-то делать, а?